К счастью, рядом оказался тот, кто уже узрел истину и привел меня к свету, – прибавила она и сделала знак рукой невысокому крепкому мужчине с каштановыми волосами, в зеленой форме, стоявшему у нее за спиной. – Эндрю, будь добр, повтори коммодору то, что ты сказал мне, когда я спросила, почему расстояние между базами девяносто футов, а не двадцать семь с половиной метров.

– На самом деле, миледи, – дотошно уточнил полковник Эндрю Лафолле, – вы спросили, почему мы не перешли на метры и не округлили расстояние до двадцати восьми между каждой парой баз. Если я правильно припоминаю, вас это несколько раздражало.

– Неважно. – Хонор царственным жестом отмахнулась от уточнения. – Просто скажи ей то, что сказал тогда мне.

– Слушаюсь, миледи, – не стал спорить начальник личной охраны землевладельца Харрингтон и вежливо повернулся к Хенке. – Так вот, миледи графиня, я сказал тогда землевладельцу: «Миледи, это бейсбол!»

– Поняла? – гордо спросила Хонор. – По-моему, совершенно логичное объяснение.

– Почему-то я не совсем уверена, что слово «логичное» в твоих устах сохраняет свое обычное значение, – хихикнула Хенке. – С другой стороны, мне говорили, что Грейсон слегка повернут на традициях, и глупо было бы ожидать, что местные жители внесут какие-то изменения в игру на том смехотворном основании, что ей уже две тысячи лет и её, возможно, стоит немного обновить.

– Обновление хорошо только тогда, когда ведет к усовершенствованию, миледи, – заметил Лафолле. – И не стоит обвинять нас в закоснелости: кое-какие изменения мы внесли. Если архивы точны, было время, когда питчер – по крайней мере, в одной лиге на Старой Земле – вообще не должен был занимать место бьющего. Кроме того, тренер мог менять питчеров сколько угодно раз за одну игру. Хвала Испытующему, святой Остин положил конец подобным нелепостям!